Гостиница и правда прекрасная. По европейским меркам она скорее бы называлась бутик-отель. Всё-таки есть что-то загадочное, таинственное и притягивающее в уютных гостиницах в богом забытых местах в экзотических странах. В отеле есть небольшой магазинчик сувениров с не до небес задранными ценами, вайфай, ресторан, отличная терраса с видом на долину реки Хунза, но в сумерках при лунном свете было сложно представить как красиво здесь будет с утра. Зато с вечера мы мило пообщались с пакистанской американкой (или американской пакистанкой, как правильно назвать женщину, родившуюся в Пакистане, а переехавшую много лет назад жить в Штаты?) и её немецким другом, каким-то чудесным образом оказавшихся в этом же отеле; больше иностранцев с вечера замечено не было.

Наш гид сказал нам, что мы просто обязаны проснуться около 5 утра и пройти метров 50 на окрестные камни, являющиеся смотровой площадкой, встречать рассвет. И вот что из этого вышло.

Так, стоп, это уже сильно после рассвета, вид с балкона нашего номера в отеле. Фото с айфона, белым слепит вершина Ракапоши, внизу протекает река Хунза.

А вот что было на рассвете. 05:22 утра.

Ракапоши. 05:23 утра.

Spantik (Golden) peak. Оправдывает название в скобках. Высота: 7027 метров. Говорят, достаточно простой для восхождения семитысячник. Хочу на него взойти. 05:24 утра.

На переднем плане загорается Diran Peak. 05:38 утра.

В 05:59 уже почти все вершины освещены. Слева направо: Спантик, Malubiting (7458 m), Diran (7266 m). Если знающие люди поймут, что я ошибся в названиях, просьба поправить, у меня почему-то есть ощущение, что я где-то налажал.

Вернёмся чуть назад: Ракапоши, 05:27 утра.

05:29 утра. Видно, что как только солнце начало всходить, тучи начали усиленно подниматься из неведомых укрытий и всё больше и больше обратно заволакивать небо.

05:35 утра.

Голая острая скала на фото — пик Lady Finger. Так его назвали англичане. Правее — Hunza Peak. 05:43 утра.

05:35 утра.

05:38 утра.

05:41 утра.

05:52 утра. Сверху уже опять темно.

05:53 утра. Мы уже почти готовы пойти обратно греться в отель и ждать завтрака.

05:55.

Да, совсем забыл сказать: было бы странно, если в таком фотографическом раю мы были бы одни. Корейские туристы с невероятно противным внешне гидом и какой-то кореянкой, с трудом вспомнившей несколько слов на русском, были тут как тут. Только они то ли не поместились все наш отель, то ли финансово не потянули такую роскошь, но приехали сюда с утра на джипах, пофотографировали и уехали восвояси. Бедняги. (Да, так-то они путешествовали на автобусах, но автобусы не могут заехать в эту гору.)

Мы же могли свободно наблюдать за тем, как солнечный свет захватывает долину окончательно. Но с каждой минутой виды становились всё менее и менее интересными. Но нам-то всего пройти шагов сто и мы в отеле, где уже начинают задумываться над тем, что подать белым господам на завтрак.

В качестве бонуса на парковке около отеля попался вот такой кролик. Судя о тому, как он ничего не боялся, наверное, домашний.

После завтрака и сбора вещей мы поехали в Baltit Fort.

Здесь уместно дать небольшую историческую справку. Baltit fort был построен, как ни странно, тибетцами, которые жили на территории Северных Территорий Пакистана (да и много где ещё, тибетская культура была широко распространена тысячелетие назад, например индийский Ладакх часто называют Маленьким Тибетом), больше 700 лет назад по некоторому образу дворца Потала в Лхасе. Вообще говоря, мне до сих пор удивительно, как сотни лет назад по высокогорным плато, через перевалы, люди ходили на такие расстояния: пройти пешком и на лошадях по Среднерусской равнине 2000 километров по мне так ничего удивительного, а вот преодолеть такое же расстояние по Тибетскому плато, найдя нужный перевал через Гималайский хребет — уже впечатляет. Разумеется, за длительное время форт с деревянными перекрытиями много раз достраивался, перестраивался, ремонтировался, захватывался, переходил из рук в руки. До 1945-го года в форте жили эмиры княжества Хунза.

Надо сказать, что княжество, в отличие от многих других территорий современного Пакистана, княжества Кашмир как целого и Северных Территорий Пакистана в частности являлось как бы независимым на протяжении многих веков, однако признавая над собой власть Китая. Что не помешало им то рассчитывать на покровительство Российской Империи, то сдаваться британцам, считаться номинально в составе княжества Джамму и Кашмир ну и наконец войти в состав независимого Пакистана. Миролюбивые по своей сути буддисты-жители Хунзы были далеко от основных театров военных действий, не были настроены на радикальную борьбу с приходящими и проходящими завоевателями, а продолжали трудиться, улучшая своё благосостояние, лишь постепенно сменив религию на ислам. Внезапно оказалось, что на территории Хунзы привился исмаилизм, а их духовным лидером стал Ага-хан.

Детали.

Кувшин для вина и чарки.

После этого фото уместно вставить ещё один небольшой исторический экскурс. Да, на фото самый настоящий самовар и сосуд для переноски пива.

Самовар сюда, разумеется, притащили русские. Генерал Бронислав Громбчевский добрался до Хунзы в 1888–1889 годах. В Википедии указан занимательный факт: «В этой экспедиции он наблюдал с севера вершину К2 и определил ее высоту в 28870 футов (8799 м). Громбчевский дал ей русское название – «пик Цесаревича Николая». Тогда правитель Хунзы попросил у генерала российского подданства и оружия для борьбы с британцами. Впрочем, ну всё равно слишком далеко находилась Хунза от границ и сферы влияния Российской Империи,  поэтому британцы смогли-таки объяснить хану Хунзы кто в регионе хозяин. А на память от русских осталось несколько ружей и самовар.

После этих событий Британская и Российская Империи полюбовно поделили сферы влияния в Средней Азии, как результат этой Большой игры появился Ваханский коридор — узкая долина между двумя высокими горными цепями Памира и Гиндукуша, переданная суверенному Афганистану, на современных картах отделяющая Пакистан от границ экс-СССР и граничащая с Китаем на востоке (впрочем, пограничных постов, как и дорог там всё равно нет, да и добраться до других регионов Афгана пешком очень проблематично; суровые горы в Средней Азии всё-таки).

Продолжим обращать внимание на разные детали во внутреннем убранстве форта.

Клёвая подставка под ложки. Хочу себе такую домой.

Сначала я подумал, что это какой-то герб. Оказалось всё гораздо банальней: это — просто клюшки для игры в гольф и деревянный мяч для игры.

М-да, со времени постройки много воды растаяло и утекло. Всё какое-то перекошенное уже…

Дискозал, ой, концертный холл, ой, ну просто комната, куда музыкантов приглашали играть. Справа на полатях, ой, на диване, располагался хан. Крыши раньше не было, сейчас же просто затянули тканью, чтобы дождь не капал.

Как и положено в России, ой, на Востоке, на стене висит ковёр.

Флаг княжества Хунза образца конца XIX–начала XX века. Подозрительно много знакомых цветов. На фото портреты тех самых принцев Ага-ханов; если не ошибаюсь, на фото справа — самый крайний из них, принц Ага-хан IV. На фото левее — его усатые предки.

Ага-хан — это наследственный титул духовных лидеров (имамов) общины исмаилитов-низаритов, название титула придуманно шахом Ирана в начале XIX века. (Надо отметить, что Иран весь точно так же шиитский, как и исмаилиты, только в Иране в основном шииты-джафариты, хотя какая разница между ними по существу могут объяснить лишь продвинутые исламоведы.) Наследные принцы Ага-ханы являются потомками пророка Мухаммеда по какой-то там линии (© Вики). Надо сказать, что Ага-ханы не всегда, если сказать никогда, не жили в Хунзе, лишь являясь духовными лидерами исмаилитов-низаритов, вдруг оказавшихся в итоге сосредоточенными именно на территории Хунзы: Ага-хан I был правителем Кермана, что на территории собственно Ирана, но после ему пришлось бежать в Афганистан и дальше в Индию под крыло британцев; Ага-хан III сыграл важную роль в образовании независимого государства Пакистан и развитию мусульманской общины Индии, умер в Швейцарии.

Надо сказать, что являясь родственниками иранских шахов, Ага-ханы имели очень хороший вкус по жизни: третья жена Ага-хана III была мисс Франция-1930, первая — балерина из Монте-Карло…

Принц Ага-хан IV, внук Ага-хана III, — тоже живёт весьма недурно: родился в Женеве, закончил Гарвард, горнолыжник, участник зимних олимпийских игр в Инсбруке, спонсор многочисленных благотворительных проектов, яхтсмен, увлекается верховой ездой, владелец фешенебельного курорта на Сардинии, где виллы купили Владимир Путин и Роман Абрамович, а в президентском люксе отеля Кала-ди-Вольпе происходили съёмки одного из фильмов про Джеймса Бонда.

Вот так и живём… Помимо Хунзы, мусульмане-исмаилиты живут ещё только на востоке Таджикистана и ещё в паре мест на карте мира (карта из Википедии). Мультимиллионеру Ага-хану IV ничего не стоит поддерживать и их.

Ultar Peak (7388 m) возвышается на фортом.

Несколько сотен лет назад ледник с Ultar Peak заканчивался прямо у форта! Лёд лежал в нескольких десятках метров от стен. Сейчас ледник заканчивается намного выше. Вообще говоря, у форта было не очень с водоснабжением, да и полноценным оборонительным сооружением он никогда не был, скорее дом для княжеской семьи и ближайшей прислуги, максимум на человек 30. Осадить его и захватить никогда не было большой проблемой.

Опять Ракапоши (7788 м).

В целом со стороны форт выглядит примерно так.

Почему примерно? Потому что на фото выше модель форта размером примерно сантиметров 40 на 40. Но сделана очень качественно, поэтому это не тилт-шифт, не диафрагма f1/1,2 и не обработка в фотошопе с размытием фона вручную.

Вот так форт выглядит в реальности со стороны, но вот найти место с более удачным ракурсом для съёмки даже на конце в 18 мм там нельзя.

Если от русских внутри в коллекции музея осталось пара ружей, то от англичан, захвативших княжество Хунза, — пушка.

На крышах домов мы вновь видим множество сушащихся абрикосов. Северные Территории — это абрикосовый рай. Абрикосы здесь растут везде, также везде их сушат, с косточками, без косточек, но кроме этого тут можно а) попробовать абрикосовый суп, б) купить абрикосовое масло, можно как употреблять наружно, так и при готовке, в) грызть косточки абрикосов, жареные или нет, ну и г) канадцы в базовом лагере рассказывали нам про то, что в Каримабаде стоит попробовать удивительно вкусный абрикосовый ликёр; жаль, мы так его и не увидели нигде в продаже. Ну и разумеется, абрикосы можно есть свежими, прямо с дерева.

В дополнение к абрикосам в объектив попались дети несколько армянского вида. (Это если кто помнит, что один из цветов флага Армении никак не оранжевый, а именно абрикосовый.)

Кстати, нет, вам не показалось: на фото девочка лет 10-12 и без платка на голове. Да и про алкогольную настойку я ничего не перепутал. Дело в том, что в Каримабаде, немного южнее и севернее вплоть до границы с Китаем живут, как уже упоминалось, мусульмане исмаилиты-низариты. Исмаилиты — такие особенные шииты, которые как-то вообще не заморачиваются о всех тех вещах, за которые разные ваххабиты побивают камнями с особым удовольствием, а ведут вполне себе светскую жизнь (ага, про Принца Ага-хана я выше уже написал). Встретить действующую мечеть или просто найти минарет на панораме Каримабада — не так просто, встретить взрослых женщин, не скрывающих лицо и волосы, — наоборот, просто; ликёр мы правда так и не встретили, но особо и не спрашивали про него ни у гида, ни в магазинах; может, просто на виду не стоит. Впрочем, таких продвинутых мусульман в Пакистане всего 2% и все живут в Гилгит-Балтистане.

Наш гид не очень распространялся про местные обычаи, так как явно они противоречили его взглядам на то, каким должен быть ислам, а если и рассказывал, то называл их aga-khani people или верующими в Принца Ага-хана (на вопрос о том, в какого бога всё-таки они верят, один раз он их вообще назвал весьма близкими к кришнаитам по своим убеждениям). На самом деле они, конечно же, мусульмане, но с явно выраженной концепцией неограниченной свободы воли (© Вики). Наследный Принц Ага-хан является лишь духовным лидером исмаилитов (титул принц ему оставили после вхождения Северных Территорий в состав Пакистана как сугубо представительский и статусный, реальной власти он не имеет).

Сложно сказать, за счёт чего нынешние исмаилиты стали такими мирными и лояльными, какими они есть сейчас, так как всё та же Википедия описывает их в древности такими же воинственными, как и остальные ветви ислама, но могу предположить, что от хорошей жизни: люди в Хунзе живут на первый, второй и последующий взгляд не бедно: поддержка богатого духовного лидера, большие успехи в земледелии при небольшой плотности населения (читай: рукастые и не ленивые), близость Китая для импорта необходимых товаров. А злость и прочее мракобесие, как известно, порождаются нищетой. А разница в уровне жизни людей в Хунзе и южнее по Каракорумскому шоссе видна даже из окна машины.

Ну и да, город Каримабад называется так в честь нынешнего Принца Ага-хана IV, которого зовут, как вы догадались, Карим.

И напоследок шикарная шуба из шкуры снежного леопарда в одной из местных сувенирных лавок, всех как один ориентированных на туристов и с задранными ценами. Хотя, может быть, $1500 это и не дорого за такую шубу, если только за 80 лет она не была поедена молью. Вопрос только, дают ли такие вещи перевозить через границу? Если о том, что в России на ввозе, возможно, всем пофиг, так как досматривают вручную единиц (хотя рейс из Гонконга, когда мы прилетели обратно, шереметьевские шмонали очень даже резво), а на сканере ну мех и мех, то вот что делать, если въезжаешь в Китай из Пакистана, где самые что ни на есть ублюдочные (об этом позже) китайские вояки перетряхивают каждую складку рюкзака и все пакеты с грязными трусами, я не знаю.

Но в принципе, возникла идея организовывать шоп-туры в Пакистан. Дамы, кто с нами? Ездить в Грецию за шубами уже не модно!

To be continued. В этот же день после обеда мы выехали дальше не север в сторону границы с Китаем.

Другие уже написанные посты про Пакистан:

http://texnic.livejournal.com/117925.html — Отход из лагеря и сразу дорога до Каримабада. 3 дня за одну запись
http://texnic.livejournal.com/117528.html — Последний день в K6 Base camp
http://texnic.livejournal.com/117480.html — Прогулка по леднику Charakusa
http://texnic.livejournal.com/117236.html — Покорение безымянной недовысоты
http://texnic.livejournal.com/116858.html — В базовом лагере К6
http://texnic.livejournal.com/116647.html — Трек. День второй
http://texnic.livejournal.com/116052.html — Трек. День первый
http://texnic.livejournal.com/115853.html — Общая информация о треке
http://texnic.livejournal.com/115241.html — Из Скарду в Хуше
http://texnic.livejournal.com/115013.html — Каракорумское шоссе
http://texnic.livejournal.com/114856.html — Начало пути

С дороги обратно особо нового показывать уже нечего. Поэтому вот фотографии Джонни Деппа, цветущего иван-чая и Marco Polo sheep. Думаю, Марко Поло перевернулся пару раз, когда его именем назвали породу овец. Да, погода была всё такая же плохая. На пути туда встретили семью японских туристов и услышали какую-то непонятную байку, что вот где-то мы вот-вот, но разминулись с двумя полуголыми туристками из России (!) Очень странно, потому что мы даже их носильщиков и гида не встретили; может мы не так поняли гида / он сказал не то, что хотел.

Этим же днём из Хуше уехать уже было нельзя: джип за нами должен приехать из Скарду и ему до этого сказали быть на месте к завтра часам к 10 утра, как мы должны были прийти из Сайчо. Водителю как-то передали, что хорошо бы приехать пораньше, и он был уже поздно вечером, чтобы с нами выехать в Скарду пораньше, часов в 7 утра.

А пока мы ходили по деревне и изучали местную жизнь. Местные дети сразу же начинают канючить деньги, однако очень сильно радуются и конфетам.

Дети постарше на каких-то задворках играют в крикет. Крикет и поло — два самых популярных вида спорта в Пакистане, в наследство от англичан. Маленькая девочка подглядывает за происходящим через калитку.

Вообще говоря, пора убирать урожай. Эти женщины были очень недовольны, что я навёл в их сторону фотоаппарат.

Девочку уже фотографировал исподтишка.

Будущая мука для теста для вкуснейших итальянских пицц поспевает.

В деревне 2 мечети, одна из них как-то уже засветилась на ночных фотографиях со звёздами, вот вторая.

Красота!

В принципе, на этом про Хуше можно закончить: погуляли ещё, делать там посреди 15 домов особо нечего, поужинали, поспали в гостинице (не в той, типа крутой, но и не там, где останавливались до этого) и на утра погрузились в джип и поехали в Скарду. По дороге можно продолжать снимать сцены из жизни местного населения. Дети ходят пешком в школу.

А потом мы пробили колесо.

Дело житейское, поменяли, поехали дальше. В первый раз нас попросили самим заполнить строки в каком-то журнале на блокпосту (до этого ещё в гостинице в Хуше что-то писали), наверное, ксероксы закончились.

А потом водитель резко забеспокоился, остановил машину и оказалось, что из 5 болтов, на которых крепится колесо, не осталось ни одного. Вот так номер.

С опозданием на пару часов от расчётного времени мы приехали обратно в Скарду. Тёплый душ, ужин, встреча с Али, директором турагентства, интернет, небольшой шоппинг и прогулка под начинающимся дождём по городу, а вечером — встреча с русской парой пенсионеров, отправляющихся с нашим же гидом на следующий день на двухнедельный трекинг к К2. Жизнерадостные мужчина с женщиной оказались, только контактов мы их никаких не взяли спросить как там у них всё прошло.

Крикет уже был, теперь поло:

На следующий день в Пакистане наступал день независимости, к чему и были приурочены игры в поло; если честно, других признаков праздника не наблюдалось вовсе.

Утром у нас был новый гид и новый водитель: наш гид Раза отправился на новый трекинг, а гид русской пары Тимур теперь был с нами: в этом году у него что-то не заладилось со здоровьем, поэтому в горы он группы не водит, а в основном сопровождает туристов в переездах. Водитель должен был остаться тот, который нас привёз из Исламабада в Скарду, но и у него случились какие-то дела, что и его заменили.

Последние дня 3 погода была плохая, дорогу до KKH местами подмыло.

И ехали мы до Каримабада весь световой день: намеревавшись выехать из Скарду часов в 5, из-за смены водителя потеряли какое-то время в разъездах по городу с непонятными целями, после чего постояли в такой грязевой пробке, наконец-то выехали на KKH и поехали дальше на север. Здесь KKH по состоянию дорожного покрытия уже лучше, чем южнее: китайцы успели отремонтировать очень много. Из интересного проезжали смотровую площадку Ракапоши, но облачность, облачность и ещё раз облачность. В отель в Каримабаде заселились уже в вечерних сумерках. Но о Каримабаде будет отдельный рассказ.

Проснулись в 04:30, было ещё темно, вышли где-то около 5:40, если память не изменяет. Это было самое раннее время, когда мы выходили из лагеря. Над нами проносились тучи, то иногда показывая клочок голубого неба в надежде, что сегодня ещё может быть распогодиться, то наоборот, затягивая всё ещё больше. В целом же тенденция была такова, что чем дальше, тем погода становилась всё более мерзкой: тучи опускались всё ниже и ниже, начинал идти дождь. Поэтому выйти как можно раньше было в целом очень правильным решением. Когда мы забрались уже на достаточно большую высоту, вид на ледник, долину и К6 был вот такой.

В техническом плане эта прогулка, пожалуй, выдалась наиболее интересной: мы взобрались в зону, где в смеси льда и камней преобладает лёд, подъём достаточно крутой, в леднике постоянно встречаются трещины, разломы. Удивило, что и на этот раз наш гид не стал заморачиваться с верёвкой и метровые трещины глубиной в несколько метров просто ловко перепрыгивал, ожидая того же и от нас. Ну что, приходилось прыгать. Но страшно.

Наконец, мы поднялись на высоту в 4975 метров, вид с которой по направлению движения приблизительно такой.

Здесь я пошёл с гидом дальше наверх вдвоём. Хотелось дойти до небольшой скалы справа на фото выше напротив склона большой горы. Как всегда, расстояния и масштаб в горах в жизни-то обманчивы, а на фото тем более. С места съёмки до той небольшой скалы идти часа 2, и спустя 40 минут вид стал при таком же фокусном расстоянии (18-20 мм, без кропа) вот таким.

Надо сказать, что фотоаппарат доставать было каждый раз очень лень: мало того, что приходилось преодолевать технически уже не самые простые участки, так и погода полный отстой. Отказавшись от идеи дойти до вот этих скал справа на фото выше, я показал гиду на камень гораздо ближе и сказал, что давай дойдём только до него, и потом вниз. На счастье и радость, но и назло одновременно, чтобы попасть к тому камню, пришлось вырубать ступеньки в отвесной ледяной скале, зарубаться ледорубом, вцепляться руками в трещины во льду и аккуратно таким образом преодолевать всего лишь трёх-четырёхметровую стенку. Но всё равно очень страшно сорваться и упасть вниз, особенно когда нет страховки.

Никогда не знаешь, что ждёт тебя на следующем уступе ледника, которых бесчисленное множество. Чтобы понимать масштаб, камень по центру человеку где-то по грудь, FL 90 mm, без кропа.

Вот это, конечно, другой камень, но он по размерам даже меньше.

Пофигист-гид во время подъёма по отвесной ледяной стенке порезал себе палец, пришлось давать ему вату и пластырь из своей аптечки. Сам он, разумеется, о таких мелочах не думает, при том, что он, по словам, является очень опытным высокогорным гидом; в прошлом году его брат погиб в экспедиции на К2. Спускаться будем несколько по иному маршруту, без вертикальных ледяных стенок. Но всё равно надо держаться подальше от почти отвесных склонов окружающих гор из-за угрозы камнепадов.

Да и на самом леднике, если стоять и не шуметь, постоянно слышны разные звуки: скрип движущегося льда, крошение камней, грохот от внезапно скатывающихся со склонов булыжников… Зловеще. Если ещё и смотреть в сторону К6, вид на долины и скалы перед которой сейчас больше напоминает Мордор, чем земной пейзаж.

Итого мы за 40 минут поднялись ещё на 100 с небольшим метров — до высоты в 5090 м, на каких-то 20 метров ниже, чем были позавчера. То же расстояние обратно преодолевается ровно в 2 раза быстрее.

Спускаемся.

Фото выше: фокусное расстояние f/7.1, 170 мм и f/9.0, 200 мм соответственно, без кропа.

Спускаемся дальше вниз. Уже под настоящим противным дождём, мокрые. На этом можно считать горную программу в Пакистане в рамках этой поездки выполненной.

Другие уже написанные посты про Пакистан:

http://texnic.livejournal.com/117480.html — Прогулка по леднику Charakusa
http://texnic.livejournal.com/117236.html — Покорение безымянной недовысоты
http://texnic.livejournal.com/116858.html — В базовом лагере К6
http://texnic.livejournal.com/116647.html — Трек. День второй
http://texnic.livejournal.com/116052.html — Трек. День первый
http://texnic.livejournal.com/115853.html — Общая информация о треке
http://texnic.livejournal.com/115241.html — Из Скарду в Хуше
http://texnic.livejournal.com/115013.html — Каракорумское шоссе
http://texnic.livejournal.com/114856.html — Начало пути

Вышли из лагеря где-то в 6:20. Было уже светло. Долина и горы за нами (на западе) и с юга освещались взошедшим солнцем.

Наш лагерь пока ещё находится в тени, а мы уже из тени вышли. На заднем плане возвышается Машербрум (она же К1).

Вот на этой фотографии отлично видно и понятно, где мы были вчера.

Сначала мы шли по зеленеющему склону где-то по границе света и тени, там же забрались по камням выше, до следующей зелёной лужайки, некоторое время шли параллельно склону и наконец финальным упорным рывком забрались на самое высокое место этой ближней горы. Спускались приблизительно так же.

На фотографии выше заодно ещё и отлично видно, куда мы полезем завтра: по леднику в левой части фото, огибая гору с правого склона, и где-то там где тень посередине и остановимся.

Спустя некоторое время наш вчерашний маршрут скрылся за склоном более близкой горы — К7.

Как видно, мы уже идём по белому леднику. Здесь уже более-менее равномерное ледовое покрытие, но только на первый взгляд: когда по нему идёшь, постоянно приходится обходить трещины, какие-то провалы, ручьи текут по поверхности ледника и вдруг внезапно проваливаются куда-то в недра ледника. Его толщина здесь не меньше 200 метров.

В ясную солнечную погоду ледник активно тает. Камни хорошо нагреваются на солнце и лёд около них быстрее тает. Поэтому образовываются вот такие грибы.

Мы идём всё дальше и ближе к стенам гор, и наш гид постоянно ворчит, что находиться здесь опасно — вот сойдёт лавина, а погода очень лавиноопасная, и деваться будет некуда. Может быть он в чём-то и был прав, но на самом деле до склонов оставалось ещё очень большое расстояние.

Поэтому на высоте в 4700 метров мы решили, что дальше нам идти просто неинтересно: во все стороны был ледник, никакой интересной активности не предвиделось: до склонов оставалось приличное расстояние, солнце припекало, вроде как было лавиноопасно.

Теперь можно сделать новые кадры К6 и остальных окружающих полукругом нас гор с более близкого расстояния.

Почти такой же вид, но склеенный в панораму из нескольких фото:

Ещё:

Ну что же, пора и в обратный путь, в лагерь. Заканчиваем похожей фотографией на ту, с которой и начинали.

Ну а по возвращению в лагерь в этот день мы строили мосты и плотины, о чём я уже писал в посте про жизнь в базовом лагере.

Обо всём по порядку. Вышли из лагеря. Почти сразу круто полезли в гору. Погода абсолютно безоблачная, но пока мы идём по тени. Утренние фотографии К6 с высоты базового лагеря можно было видеть в предыдущей записи, фотографировать одно и то же каждые 10 минут смысла нет, поэтому первые часа 2 мы больше не фотографируем ничего.

Чем дальше мы забираемся, тем уклон круче: уже давно он больше 30 градусов, местами переходя во все 50. Но уклон, как и масштаб, тоже не передать фотографией.

В гору мы тащим и кошки, и ледоруб, хотя гарантированно снега и льда сегодня по пути нигде не будет.

Верёвка тоже с собой, но мы её так и не использовали ни разу, хотя в паре мест я бы лучше ей воспользовался. Идти несколько метров по 10-сантиметровому уступу в отвесной скале, когда там есть куда падать, и падать свысока, весьма щекочащее нервы занятие.

В целом, восхождение очень напоминает восхождение на Пичинчу около Кито; хотел было дать ссылку, но понял, что поездку в Эквадор я так подробно не описывал. Поэтому поверьте на слово — похоже.

Солнце окончательно взошло и сильно припекает. Разумеется, устраиваем разные по продолжительности передышки. С места одной из них долина и лагерь уже выглядят вот так. За то время, что мы уже идём наверх, канадцы сняли лагерь и ушли вниз, к цивилизации.

Спустя ещё какое-то время новая передышка в довольно живописном месте.

Всё круче и круче становится каменистый склон. Всё чаще приходится карабкаться, подтягиваться, трекинговые палки уже давно сначала были сложены, а потом и вовсе убраны в рюкзак. Несмотря на отсутствие льда, удобнее пользоваться ледорубом.

Наконец мы пришли к цели. Вот оно, непонятное нагромождение камней, оказавшееся на сегодня и вообще наивысшей точкой, куда мы забирались за эти 3 дня.

Это есть некий такой локальный максимум. С него дальше открывается вот такой вид на продолжение гряды.

Центральную гору на фото за пару дней можно обойти кругом. Наверняка очень классный вид открывается с гребня. Хотел бы я на него взобраться. А на наивысшем из ближайших аналогичных нагромождений камней установлен прикольный «ромбик».

А это я на самом верху.

Ну и тогда уж сразу заканчивая тему меня. Здесь далеко ещё не максимум небритости.

С высоты в 5100 метров К6 смотрится несколько иначе. Кажется, что здесь мы с ней уже на равных, и гора уже не смотрит на нас презрительно сверху в низ, а мы смотрим друг другу глаза в глаза. Однако вершина всё равно находится выше нас на добрых 2 километра.

Только по тоненькой полоске тропинки можно понять, где находится базовый лагерь и оценить как далеко мы от него взобрались. На этой вертикальной панораме синяя палатка-тент из нашего лагеря занимает ровно 4 пикселя.

Кстати, в леднике есть небольшие озёра. Канадцы, спустившиеся с К6 и немывшиеся долгое время, рассказывали, как с удовольствием плавали в одном из них. Вода там непроточная, и поэтому хоть как-то нагревается солнечными лучами. Для сравнения, температура в ручье, который протекал через наш лагерь, составляла 1,7 градуса по Цельсию.

Прощальный взгляд в противоположную сторону, и вниз.

Во время спуска наблюдал, как с горы напротив сходит лавина…

Всего мы потратили около 4 часов на подъём и около 3 часов на спуск. Перепад высот: около 750 метров.

To be continued.

Базовый лагерь — это как дом, куда относительно легко подвозить продовольствие, он не обязательно располагается на большой высоте (когда, например, базовые они же штурмовые лагеря на Килиманджаро, Котопакси и Чимборасо находятся на приличной высоте на расстоянии 6-10 часов вершины), где обустраивается наибольший комфорт как для самих альпинистов, так и для координаторов, носильщиков, докторов…

Базовый лагерь К6 расположен на высоте около 4350 метров. Вершина К6 — 7282 метра (89-я по высоте вершина мира). Разница — около 2930 метров. В базовом лагере мы встретили 2 канадцев, только спустившихся с вершины. Их путь от базового лагеря до вершины и обратно занял 10 дней с организацией 3 промежуточных лагерей. Впервые вершина К6 была покорена довольно поздно:  в 1970-м году.

Трудно поверить, что вершина над нами аж в 3 километрах. Повторюсь, масштаб в горах осознаётся плохо, а передаётся фотографией ещё хуже.

Черепа этих горных козлов принесло в базовый лагерь с лавиной. Вообще говоря, мне сложно понять, зачем они живут даже не здесь, а среди голых камеей, и чем они там питаются. Количество зазубрин на рогах показывает возраст козла. Этим было минимум по 15 лет.

Это сейчас я могу разбрасываться такими умными словосочетаниями как «альпийский стиль», «гималайский стиль», но, вы не поверите, но до и во время поездки я этого всего не знал. Мы думали, что около базового лагеря есть вершины, сейчас могу сказать, доступные для восхождения в альпийском стиле, но таких там не оказалось. К гималайскому, разумеется, мы готовы не были. Поэтому всё, что нам оставалось делать это совершать утренние вылазки куда-нибудь, планируя возврат в базовый лагерь в 11 утра–1 дня, так как или солнце жарило огого-ка, или погода была очень плохой. Всё оставшееся время (до 7 вечера, когда заходило солнце, а мы ложились спать) делать было абсолютно нечего. Поэтому в этой записи я расскажу о том, как мы этим ничем и занимались.

Во-первых, я фотографировал горы. Три дня подряд вокруг тебя одни и те же горы, но они всё время разные. Разное освещение, разная облачность, разное время суток… Ниже около десятка фотографий К6 и окрестностей. Когда мы только пришли в лагерь, нам озвучили названия всех видимых вершин, но они даже не задержались в голове ни на секунду.

1.

2.

3.

4.

5.

6.

7.

8.

9.

10.

11.

12.

13.

Бонусом панорама.

Очень любопытна вот эта гора, по правильности свой пирамидальной формы она явно переплюнула Кайлаш, подбираясь к египетским рукотворным пирамидам.

Горы можно было фотографировать и ночью. Засада заключалась в том, что я где-то потерял свой тросик, поэтому пришлось изобрести свой собственный тросик из зубочистки и тонкой отвёртки. Ещё ночью с завидной регулярностью с неба падали звёзды…

ISO 100, FL 18 mm, f/7.1, 6 min 3 sec.

ISO 100, FL 18 mm, f/3.5, 18 min 2 sec.

Хотя зря я написал, что во-первых я фотографировал. Во-первых мы всё-таки отлёживались в палатке, а фотографировал я всё-таки уже во-вторых. В-третьих можно было просто сходить погулять по равнине вдоль ручья и обратно, опять же пофотографировать разные цветочки и т.п.

Ещё нами была открыта прекрасная забава: строительство мостов, дамб и плотин на небольших горных ручьях. Занятие сильно затягивает и не перекрыв ручей остановиться просто невозможно. Вот этот мост был построен около нашей палатки. Ну и что, что ручей можно просто перешагнуть, гораздо круче переходить его по мосту!

Кроме этого моста нами было сооружено ещё несколько гидротехнических сооружений на этом и других ручьях Повторюсь, занятие настолько увлекательное, что за ним мы провели пол дня.

Молящимися на закате я видел только одного мальчика-носильщика и нашего гида. Ещё повар вечерами вроде бы тоже уходил молиться, но, видимо, куда-то подальше.

На нашем гиде шапка с надписью «РОССИR ВПЕД», купленная, по его словам, в Скарду.

Во время нашего пребывания в базовом лагере закончился Рамадан. Узкая полоска нового месяца символизирует об окончании поста. Вместе с Рамаданом закончилась и хорошая погода.

В следующих сериях — о том, что видно с высоты выше, чем базовый лагерь.

В этом посте будет мало познавательного, просто небольшое описание и фото того, что попадалось по пути. Это был день физических нагрузок посреди почти девственной природы, не до размышлений об истории и науке.

Почти сразу начался подъём. На фото ниже лагерь остался где-то около границы плоской каменной части и части, поросшей кустарниками, куда упирается еле заметная на фото тропинка, которая в действительности же вполне хорошо обозначена на местности камнями справа и слева. Минут через 20 солнце осветит и Сайчо. Справа виден уже знакомый нам Машербрум.

Там, вдалеке, виднеются горы, к которым мы идём, по центру в тени едва виднее белый язык ледника. Солнце всходит почти прямо перед тобой и в контровом свете снимать вперёд очень проблематично. Вживую выглядит всё гораздо лучше, чем на фото.

Первые пару часов в итоге мы шли в тени, поэтому следующие фотографии были сделаны уже тогда, когда солнце было довольно высоко, а мы вышли из тени. К этому моменту мы уже скакали с камня на камень в той части ледника, где есть только камни.

Только мы ещё по малоопытности не совсем понимали, что уже идём по леднику. Лёд правда под камнями, и его просто так ещё не видно. Да даже и то, что на фотографии ниже мы сначала принимали за массив горной породы, а не за ледник.

На самом деле это лёд и, как это здесь называют, black glacier. Вблизи этот «чёрный ледник» выглядит так.

В этот момент вид в обратную сторону пока ещё такой. Мы тем временем взбираемся ещё вверх по очень крутому подъёму.

Красивый горный амфитеатр.

Забравшись чуть повыше, мы опять пошли по тропе. Казалось, это был уже почти финишный рывок на пути к лагерь, хотя время подошло только к обеду, а сил уже было мало. И теперь уже вид в сторону, откуда мы пришли, уже изменился.

Мы идём по небольшой тропинке. Слева и под нами — ледник, а справа и выше нас — зелёная трава, иван-чай и другие цветы.

Иногда тропа выглядела так

А иногда так. Справа за небольшой грядой уже ледник. Здесь идти уютно и приятно.

Так и идём.

А вот собственно и сам ледник крупным планом.

Чуть позже мы шли и прямо около вполне белого или даже синего льда.

И всё-таки минутка из серии «очевидное-невероятное»: местные жители не просто любят колу, что готовы тащить её в горы чисто для себя, чтобы утолить жажду и надеяться на то, что заезжие фотографы сделают фотографии из серии «бери от жизни всё». Местные жители искренне верят, что кока-кола помогает пищеварению и вообще полезна для желудка. Занавес. Впрочем, на самом деле, если поискать в гугле по запросу «кока кола полезна» можно на самом деле открыть для себя много нового.

Наконец, нашему взору открывается такой вид. Перед нами огромный горный театр с вершиной К6 во главе.

Вот она, величественная. Не 8000+ метров, конечно, но всё равно впечатляет. Вообще говоря, главная проблема при фотографировании гор это почти полная невозможность передать масштаб. Вот от низа до верха этой фотографии сколько, 300 м? 700м? километр? сколько по времени идти до вершины по гребню от небольшого выступа справа?

Погода стоит хорошая, солнечная, ледники активно тают. Поэтому финальный аккорд на вход в долину, где располагается базовый лагерь — вот такой вот переход по камням вдоль бурной горной речки. На обратном пути, когда погода была облачной и более холодной, здесь можно было пройти совершенно свободно без прыжков с камня на камень.

И вот вдали наш лагерь…

Ура!

В следующий раз о том, что видно из базового лагеря. Много потрясающих фото!

WE RUN MOSCOW 10K. #Nike #NikeRunningMoscow #WeRunMoscow

Здесь сразу же сделаю лирическое отступление про названия гор. Вы уже знаете, что мы направлялись в базовый лагерь К6. Всемирно известна вторая по высоте гора мира К2. Только вот ни один гид в Пакистане так и не смог нам объяснить, кто же так не особо заморачивался, что называл горы просто по номерам, где находится, например, К3, и как эта нумерация, собственно, была придумана, то есть почему К6 всё-таки К6, а не К4.

Ответ был найден относительно случайно в Википедии, процитирую его:

Машербрум был открыт в 1856 году британским военным топографом подполковником Томасом Монтгомери, который увидел её и вторую по высоте вершину в мире Чогори с пика Харамук, примерно в 220 км от ледника Балторо, и обозначил эти горы на карте, как K1 и К2 (вершины под номером 1 и 2 в Каракоруме с запада на восток, если смотреть на них с этого пика). Впоследствии название К1 не прижилось, чего нельзя сказать о К2. Вершина К1 известна больше под названием Машербрум.

То есть, Монтгомери находился там, где на карте поставлен маркер и якобы просто считал высокие горы, которые он увидел с пика, на который взобрался первым в мире (5152 м). Современные карты, правда, ставят под некоторое сомнение если не всю версию, то что Монтгомери был правильно понят / удачно всё зарисовал. Но в целом, наверное, так оно и было. И сейчас мы имеем кроме Машербрума (К1) и Чогори (К2), ещё и Броад Пик (К3), Гашербрум II (К4), Гашербрум I (К5), К6 (Балтистан). Сам Монтгомери на этом остановился и больше горам названий не давал, но у него нашлись последователи: рядом с К6 теперь есть К7 (не имеет другого названия). Горы под названием К8 обнаружить не удалось, но К9, К10 (Saltoro Kangri I), К11 (Saltoro Kangri II), К12 и, внезапно, К22 (Saser Kangri I) вполне себе стоят.

Вернёмся к бытоописанию. Из Хуше и не на длинном фокусе, разумеется, Машербрум выглядит не так сочно. На фоне собирающихся испанцев он выглядит примерно так.

Европейцы очень любят заниматься благотворительностью и помогать разным там голодающим в Африке, бедным деревенским жителям Пакистана и прочим нуждающимся. На этот раз европейцы проявили невиданную щедрость и подарили долине реки Хуше деревянные таблички указатели.

Таблички свежие, были поставлены только в этом году в ознаменование великой итальяно-пакистанской дружбы. Кроме этого, якобы, гуманитарная миссия заключается в обучении местных крестьян земледелию, помощи в культивировании новых сортов пшеницы (видимо, из пакистанской муки готовится тесто для элитных итальянских пицц) и ещё какие-то мелочи. В частности, вроде бы, лучшее место для ночлега в Хуше было построено не без участия итальянских спонсоров.

Одна печаль, я так и не понял, куда нужно было идти, чтобы попасть на эту мифическую смотровую площадку, с которой открывается вид на К2 и Броуд Пик. Стрелка показывала что-то типа «взберитесь по вертикальной стене на ближайшую гору».

Идти легко: здесь пока ещё есть тропа, набор высоты минимален: за 3 часа бодрой ходьбы до Сайчо мы набрали от силы 250 метров. По расстоянию от Хуше до Сайчо где-то километров 10. Почти перед самым лагерем, где-то за километр, мы переходим с левого берега реки на правый. Конструкция оказывается достаточно надёжной, чтобы быстрым шагом переправиться на другой берег.

Это уже второй встреченный за сегодня мост, но первый был не таких масштабов. Там, где ручей можно перешагнуть или во всяком случае точно перейти по камням, неленивые люди сделали небольшой мостик. Живописно. А какая вкусная в таких горных ручьях вода! Мы не переставали удивляться насколько приятно её пить. Особенно находясь под палящим солнцем.

К слову, в этом месте этого уже нет, но первые километра два тропы от Хуше очень хорошо облагорожены: все крупные камни убраны, поверхность разровнена, по «обочинам» из камней выложен небольшой бордюрчик, кое-где в нескольких метрах от тропы из камней сделан приличный забор, призванный сдерживать отдельные катящиеся с гор камни. Короче, красота.

А в Сайчо из камней сложено несколько небольших домиков; продают, если очень хочется, холодную колу, горячий чай и ещё какие-то напитки и скромные закуски. Летом здесь постоянно живёт кто-то из деревенского населения: присматривает за лагерем, пасёт живность. Это, пожалуй, последнее место в этой долине, где гарантированно можно встретить человека летом.

Где-то через час пришли испанцы, но мы с ними не пересекались не общались. Мы выяснили, что они завтра сворачивают налево, к леднику Гондогоро, куда мы решили сходить погулять после обеда, а мы завтра пойдём прямо.

Делать нечего, мы решили отдыхать в палатке до после обеда.

За время отдыха погода подпортилась: небо заволокло тучами, казалось, что недалеко и до дождя. Делать было абсолютно нечего, а было надо как-то стараться больше и лучше акклиматизироваться, и мы пошли вверх к леднику Гондогоро. Есть ощутимый плюс в том, что погода испортилась: не жарко. Вверх ведёт тропа, по которой мы достаточно бодро поднялись ещё метров на 500. Из вещей я взял с собой только фляжку с водой и фотоаппарат, поэтому не было возможности получить данные GPS на айфон. Айфон был с собой у Миши, но я у него так и не спросил координаты до куда же мы тогда дошли. А дошли мы почти до начала белого ледника и до хижины пастуха, который в этом безжизненном унылом высокогорье пасёт летом овец. (Но, в отличие от Сайчо, здесь пастух уже живёт непостоянно. Когда мы шли наверх, он нас как раз обогнал, возвращаясь из деревни, приглашал попить чаю, но нам уже надо было думать как бы идти вниз.)  Так как погода была плохой, то Машербрум был скрыт за облаками и сфотографировать его с более близкого расстояния не было возможности.

В общей сложности мы отсутствовали в лагере где-то часа 3-4 и когда возвращались вниз, уже начинало смеркаться. Вся прогулка уместилась в итоге ещё в три фотографии.

Вечером поужинали и сразу легли спать. Из-за погоды ночная фотосъёмка звёзд не состоялась, а делать, как обычно, было решительно нечего.

To be continued.

День 4. Прошли по тропе от Hushe до Shaicho (3390 m, 10 km). Заканчиваем на слиянии ледников Saraqsa и Ghondogoro c видами на К6, К7 и Namica. Идти оказалось всего 3 часа, и когда в 10 утра мы остановились на ночлег, были слегка разочарованы. Но, после обеда мы поднялись метров на 500 вдоль ледника Гондогоро до жилья пастуха. Жалко, что погода испортилась, и Машербрум скрылся за облаками.

Вообще говоря, обсудив ещё в Хуше с гидом скорость нашего передвижения, мы решили что вместо 3 дней до базового лагеря мы будем идти всего 2. Такая ранняя остановка вполне оправдана, так как за 1 день до базового лагеря всё равно не дойти или дойти, но очень упороться. Другой вариант это днём ранее выезжать из Скарду часов в 7 утра, чтобы не оставаться на ночь в Хуше, а по приезду туда сразу же двинуть пешком дальше. Это было явно не про наш вчерашний день. Но так, вероятно, можно поступить, если прилететь утром в Скарду самолётом, за день и вечер решить все вопросы там и поэтому быть способным выехать оттуда ни свет ни заря.

Насчёт того, что изначально в маршрутном листе планировалось идти часа по 3-4 в день: оказалось, что дескать у агентства очень много клиентов, которые не желают ходить в день больше. Хлюпики что ли совсем какие-то приезжают? Что за треккинг такой по 4 часа в день?

День 5. Shaicho — базовый лагерь K6 и K7 (4360 m, 17 km). Идти часов 9, с учётом обеда и небольшого отдыха. Это уже нормальный достаточно изматывающий треккинговый день, особенно принимая во внимание то, что идти всё время в гору, а минимум треть пути скакать по камням из-за полного отсутствия хоть какой-нибудь тропы (см. заглавное фото).

Дни 6-8. Утренние вылазки куда-нибудь повыше. Местные горы таковы, что полноценного восхождения на что-либо сколь-нибудь значимое за 1 день сделать нельзя, а к двухдневным вылазкам мы никак не готовились. Но всё равно из-за этого мы посмотрели больше и качественней, так как поимели 2 дня из 3 хорошей погоды, а не 1 из 2.

День 9. Из базового лагеря возвращаемся сразу в Скарду. Пешком обратно всё то, что шли вверх предыдущие полтора дня вниз спускается часов за 9 с отдыхом, то есть на 3 часа меньше, чем суммарно занял подъём. В бодром таком темпе, что гид забил на идею за нами поспевать, а носильщики так вообще отстали на час.

В день 10 мы начали свой путь не из Сайчо, чтобы уехать на джипе в Скарду из Хуше часов в 10 утра, а стартовали в 7 сразу из Хуше, заодно поспав уже не в палатке, а в гестхаусе, поэтому по приезду в Скарду имели больше времени. Приехали бы ещё раньше, если бы не проблемы с колесом у джипа. А если бы стартовали в 10, то с аналогичными проблемами были бы в Скарду к закату.

Таким образом, мы внесли весьма позитивные изменения в наше расписание, чего и вам желаю. Сам же маршрут остался без изменений. Основные точки отмечены на карте ниже.

Ссылка на гугл.карты. Коричневый маркер — Хуше, откуда мы стартовали, зелёный маркер — Сайчо, лагерь на пути туда и обед на пути обратно, синий маркер — базовый лагерь К6, красные маркеры — куда мы добирались в дни 6–8 за то недолгое утреннее время с 6 часов утра, когда уже светло, до 11 часов утра, когда уже жесть как жарко. Высоты и минимальные комментарии даны вместе с маркерами. На карте не хватает ещё одного маркера — финальной точки послеобеденной прогулки от Сайчо, но условно она где-то рядом с зелёным маркером.

Кстати, не могу не отметить, что на Google.Earth & Panoramio абсолютно ужасные фотографии этих мест, снятые, наверное, или на доисторические мыльницы, или на мобильный телефон, или отсканированная плёнка. Свои что ли туда залить?

Маркеры отмечены согласно координатам, полученным с помощью GPS на айфоне. Кстати, могу похвастаться тем, что не заряжал айфон неделю! Просто он почти всё время был выключён

Кроме всего прочего, я предлагаю вашему вниманию ещё и топографическую карту масштаба 1:100 000 (спасибо родному Генштабу), где эти же точки тоже отмечены, хотя и более приблизительно. В крупном масштабе тут (5МБ).

О том, куда мы смогли добраться в своих вылазках и подробнее про процесс добирания до базового лагеря и обратно — в отдельных рассказах,.