Мы приехали в Подольск. На какое-то время мы там остановились. Отдохнули, а затем двинулись пешком по дороге Москва — Курск по направлению к Серпухову. Шли мы несколько дней — много отдыхали. И, наконец, добрались до Серпухова.

Серпухов нас встретил тихо и тревожно, — в нём не было никакого движения. Всё говорило о том, что это прифронтовой город. Мы прошли по нескольким улицам, перешли реку Оку и двинулись в каком-то другом направлении. Куда-то правее Серпухова.

Через какое-то время, не доходя до линии фронта, нам выдали оружие: трёхзарядные ружья 1891/1930гг. и самую современную винтовку того времени — винтовку СВТ (самозаряжающаяся винтовка Токарева). В неё вкладывался магазин с 10-ю патронами. Мне досталось трёхзарядное ружьё. Вдруг ко мне подходит мужичок, уже немолодой, лет 50-и, как мне показалась, обросший. Участник империалистической 1914–1918 годов.

— Браток, знаешь что, я с этой винтовкой не справлюсь, — говорит мне он, показывая на доставшуеся ему СВТ. — Давай поменяемся, дай мне ружьё, с которым я раньше воевал.

Когда мы пошли дальше, я вспомнил слова  Льва Николаевича Толстого: «Между двумя враждующими сторонами пролегает какая-то невидимая полоса».

Через некоторое  время нам сказали: «Здесь останавливаемся, немцы вон в той деревне»,  то есть здесь нужно вырыть окопы, залечь и ждать команды. В это время прошёл  дождь. Мы вырыли окопы и залегли все мокрые до нитки. Я был в своей гражданской одежде, и только шинель у меня была военная.

Первая ночь прошла спокойно. То с нашей стороны стреляли, то немцы обстреливали. По немцам, занявшим деревню, била дальнобойная артиллерия, расположенная в 6–8 километрах от линии фронта. Все действия были малоэффективны. Немцы же были вооружены автоматическим оружием и миномётами.

Продовольственное снабжение было организовано плохо. Горячую пищу не подвозили.

Через два дня меня вызывает командир и назначает меня разведчиком:

— Твоя задача состоит в том, — сказал он, — чтобы узнать расположение противника и его вооружения.

Под вечер, часа в четыре, а в ноябре солнце уже рано садится, я пошёл к расположению немцев. Подойдя поближе, метров на 50 от немецких позиций, я услышал слово “Halt”, и началась беспорядочная стрельба с автоматов трассирующими (светящимися) пулями. Я упал на землю, хорошо различая полёты трассирующих пуль. Они пролетали над моей головой.

Надо мной нависла опасность пленения, но я резко изменил направление своего движения и через некоторое время вернулся к своим.

Было ясно, что в деревне залегли немцы, что они стреляют из автоматического оружия. Об это я и доложил командиру.

Следующим вечером мы получили приказ взять деревню. В нашем батальоне, насчитывающем около 600 человек, было 2 ручных пулемёта-автомата Дегтярёва и винтовки старого и нового образца. Поскольку на этом участке предполагалось участие немецких танков, нам выдали бутылки с зажигательной жидкостью, но мы их так и не использовали, — немецкие танки на этом участке не появились. Бутылки с зажигательной жидкостью представляли опасность для наших бойцов, — из-за неосторожности она могла взорваться и среди наших солдат.

Мы дошли до самой деревни, и все услышали слово “Halt”. Немцы встретили нас миномётной и автоматической стрельбой. Батальон залёг. С разных сторон раздавались команды: “Поднимайтесь, стреляй по немцам!” Застрекотали два наших пулемёта, но вскоре и они затихли. Началась беспорядочная ружейная стрельба с нашей стороны. Немцы засекали, откуда идут выстрелы и стали поливать нас огнём из миномётов. Послышались многочисленные крики и стоны раненых о помощи. В том бою был ранен и я.

Я почувствовал, что как будто сапог слетел с моих ног. Мина разорвалась где-то недалеко, а осколок нанёс мне огромную рану. Я закричал: “Ранен”. Подбежал санитар и вытащил меня с поля боя и положил возле стога сена. Когда я осмотрелся, то я увидел, что там уже лежали раненые и убитые. Утром мы отступили. За одну ночь половину нашего батальона ранили или убили.

Днём меня отвезли в Серпухов. Там раненых погрузили в товарные вагоны и повезли в сторону Москвы. Вдруг слышим, летит самолёт, и обстреливает наш эшелон. Люди раненые в руку выпрыгивали из вагонов и прятались около путей. Но я ранен в ногу… Я лежал и думал, что вот-вот случится беда.

Глубокой ночью, когда я лёг на операционный стол, чтобы посмотрели и перевязали мою рану, завыла сирена. В Москву опять проникли фашистские самолёты. Недалеко от больницы, в которой я находился, тоже упала бомба. Меня посмотрели и отправили на какой-то путь, где были поезда, готовые в любой момент отправить нас в далёкий тыл. В то время по железной дороге в Сибирь, в Казахстан передвигалось много поездов с машинами, станками, ранеными…

Наш поезд поехал по рязанской железной дороге. Первой остановкой была Рязань. Из окна я видел, что вокзал переполнен ранеными. После Рязани заговорило радио, и я узнал, что уже было 6 ноября. Тогда я понял, что был ранен 4 ноября 1941 года.

(Если кто не в курсе, это из воспоминаний дедушки, другое — по тегу «9 мая».)

И вдруг у меня поднимается температура, я весь дрожу. Наверное, меня укусил малярийный комар. Каким-то образом связались с частью, сказали, что боец Чупашкин заболел. Я испытывал то жар, то  холод, повёз. Я побледнел, сил не было. За мной приехал русский по национальности, но по вероисповеданию молокан. Он укрыл меня тёплым одеялом. Сначала он меня завез в какое-то грузинское село, а потом, на следующий день привёз в Гомборы. Там меня поместили в госпиталь. Лечили акрихином. Я пролежал в нём недели две.

Закончив ШМАС (Школа младших авиаспециалистов), я получил звание старшего сержанта Советской Армии. Из ШМАСа выпускали младших сержантов, а поскольку я закончил  на “отлично”, я получил звание  старшего сержанта.

В конце 1944 года мы выехали на фронт. Нас везли в пассажирском поезде. Через несколько дней мы доехали до Донбасса. Донбасс освободили в сентябре 1943 года. А в Дзержинске жил мой папа с моей сестрой. Моя мама умерла во время оккупации в марте 1943 года, а в сентябре взяли в армию моего старшего брата Володю, и, сразу, без всякой военной подготовки, отправили на фронт. Судьба его неизвестна, как неизвестна судьба многих десятков тысяч других советских солдат. Выяснить что-либо о судьбе Володи, несмотря на многие запросы в военные инстанции, нам не удалось. Я полагаю, что он погиб где-то в боях под Мелитополем, где в то время велись ожесточённые бои на реке Молочной. В Дзержинске остались мой отец и моя сестра Нина.

Когда мы доехали до станции Никитовка около Донецка, у меня появилось нестерпимое желание увидеть своих родных, а была зима, и надо было 18 километров идти пешком, но я не удержался и, решив отправиться как бы в самовольную отлучку, пошёл.

Дома меня встретили с нескрываемой радостью. Меня напоили чаем, но вдруг у меня поднимается температура. А мне надо было к полуночи попасть на станцию. Мне дали ещё чая с малиновым вареньем, я хорошо пропотел, полежал, температура спала, и я пошёл на станцию Майорскую. Она находится на 10 километров ближе, то есть в восьми километрах от моего дома. Там я сел на поезд. В поезд меня не пускали – вагоны были забиты. Я не помню уже, на какой станции меня пустили в вагон. А до этого я ехал между вагонами, там где они сцеплены. А ведь за этот отгул я мог попасть под военный трибунал за дезертирство. Я доехал до Харькова, там догнал своих товарищей по службе, их, наверное, было человек 12. и мы поехали через Киев и Брест в Варшаву.

(фото не моё, найдено в интернете, я что-то сколько раз мимо таких надписей в Австрии проходил, всё лень было сфотографировать; вообще хотел как-то один день погулять по деревне пофотографировать, некоторые виды были живописны, да так и не случилось).

Вопрос залу: как вы думаете, что это обозначает и зачем / по какому поводу это делают?

–

Отгадка: есть такой праздник Богоявления, который у нас известен больше как Крещение Господне. В крещенский сочельник в католических странах тоже проходит нечто наподобие наших колядок, которые и у нас проходят после Рождества и до Крещения. Рождественский сочельник также известен у них как «день трёх королей», ну или по-нашему волхвов. Только у нас обычно считается что ну волхвы и волхвы, а у них почему-то ещё и короли — Caspar, Melchior и Baltasar. Причём тут волхвы, спросите вы, если тут у нас Крещение? Честно говоря, я и сам запутался: удалось нагуглить, что когда меняли календари туда-сюда ещё давным-давно, что-то напутали и какие-то праздники перенесли, а какие-то нет, поэтому крещенский сочельник немного спутался с рождественским сочельником по части волхвов-королей. Так вот, когда западные колядующие приходят к очередному дому, то если и там хорошо угостят конфетами, шнапсом и прочими вкусностями (колядуют обычно дети, поэтому про шнапс я пошутил), то они на двери дома пишут С+M+B — имена волхвов-королей — и год; в этом году соответственно писали 20+С+M+B+13, что в другой расшифровке этой аббревиатуры означает Christus Mansionem Benedicat (Боже, благослови этот дом). Так-то.

–

Сорри, почему-то потёрлись комменты к этой записи.

Через два дня меня вызывает командир и назначает меня разведчиком:

– Твоя задача состоит в том, – сказал он, – чтобы узнать расположение противника и его вооружения.

Под вечер, часа в четыре, а в ноябре солнце уже рано садится, я пошёл к расположению немцев. Подойдя поближе, метров на 50 от немецких позиций, я услышал слово “Halt”, и началась беспорядочная стрельба с автоматов трассирующими (светящимися) пулями. Я упал на землю, хорошо различая траектории пуль. Они пролетали над моей головой.

Надо мной нависла опасность пленения, но я резко изменил направление своего движения и через некоторое время вернулся к своим.

Было ясно, что в деревне залегли немцы, что они стреляют из автоматического оружия. Об этом я и доложил командиру.

Следующим вечером мы получили приказ взять деревню. В нашем батальоне, насчитывающем около 600 человек, было 2 ручных пулемёта-автомата Дегтярёва и винтовки старого и нового образца. Поскольку на этом участке предполагалось участие немецких танков, нам выдали бутылки с зажигательной жидкостью, но танки на этом участке не появились. Бутылки с зажигательной жидкостью представляли опасность для наших бойцов, – из-за неосторожности она могла взорваться и среди наших.

Мы дошли до самой деревни, и теперь уже все услышали слово “Halt”. Немцы встретили нас миномётной и автоматической стрельбой. Батальон залёг. С разных сторон раздавались команды: “Поднимайтесь, стреляй по немцам!” Застрекотали два наших пулемёта, но вскоре они затихли. Началась беспорядочная ружейная стрельба с нашей стороны. Немцы засекали, откуда идут выстрелы и стали поливать нас огнём из миномётов. Послышались многочисленные крики и стоны раненых о помощи. В том бою был ранен и я.

Я почувствовал, что как будто сапог слетел с моих ног. Мина разорвалась где-то недалеко, а осколок нанёс мне огромную рану. Я закричал: “Ранен”. Подбежал санитар и вытащил меня с поля боя и положил возле стога сена. Когда я осмотрелся, то я увидел, что там уже лежали раненые и убитые. Утром мы отступили. За одну ночь половину нашего батальона ранили или убили.

Днём меня отвезли в Серпухов. Там раненых погрузили в товарные вагоны и повезли в сторону Москвы. Вдруг слышим, летит самолёт, и обстреливает наш эшелон. Люди раненые в руку выпрыгивали из вагонов и прятались около путей. Но я ранен в ногу… Я лежал и думал, что вот-вот случится беда.

Глубокой ночью, когда я лёг на операционный стол, чтобы посмотрели и перевязали мою рану, завыла сирена. В Москву опять проникли фашистские самолёты. Недалеко от больницы, в которой я находился, тоже упала бомба. Меня осмотрели и отправили на какой-то путь, где были поезда, готовые в любой момент отправить нас в далёкий тыл.

Группа российских кораблей во главе с авианесущим крейсером «Адмирал Кузнецов» прибыла в сирийский порт Тартус, сообщает ИТАР-ТАСС со ссылкой на пресс-службу российского Министерства обороны. «Адмирал Кузнецов» и буксир «Николай Чикер» встали на внешнем рейде, а большой противолодочный корабль «Адмирал Чабаненко», сторожевик «Ладный» и танкер «Лена» вошли в порт.

(http://lenta.ru/news/2012/01/08/carrirer/, 08.01.2012, 17:12:24)

Почему дежавю смотрите здесь: http://texnic.livejournal.com/3289.html и на фото ниже. В Крак де Шевалье и на улицах Тартуса 3 года назад.

]]> http://boris.thinks.ru/blog/2012/01/09/syria-tartus/feed/ 0 http://boris.thinks.ru/blog/2011/05/09/victory-day-2011/ http://boris.thinks.ru/blog/2011/05/09/victory-day-2011/#comments Mon, 09 May 2011 07:19:58 +0000 Boris http://boris.thinks.ru/blog/?p=1940 Опубликую опять на 9 мая отрывок из воспоминаний дедушки о войне, которые я в детстве записал на магнитофон, а потом, переслушивая аудиокассеты, перевёл в электронный вид со своей литературной редакцией. Предыдущие записи, связанные с войной, помечены тегом «9 мая». В этот раз будет про гражданскую жизнь во время войны в Москве, хотя мне и хотелось вставить что-нибудь про бои, ранения…

После небольшого отрывка воспоминаний расскажу ещё, что опять собираюсь в Германию.

В Москву я прибыл 4 апреля 42 года и разместился в пересыльном пункте на Стромынке, 32, бывшем нашем общежитии. Теперь оно стало центром по приёму и распределению солдат и офицеров на фронт. Здесь прожил несколько дней, а затем меня направили в распоряжение Сокольнического райвоенкомата, сняли с военного учёта, приняли мои воинские документы. Я стал гражданским человеком. У меня сохранились студенческий билет и зачётная книжка, свидетельствовавшие о том, что я был студентом ИФЛИ им. Н.Г. Чернышевского. А поскольку за это время с начала войны наш институт как самостоятельное учебное заведение был ликвидирован и был включён в состав Московского государственного университета, то я мог восстановиться в качестве студента МГУ.

Так я и стал студентом 2-го курса исторического факультета МГУ, приступил к учебным занятиям. Однако оставалась проблема с жильём: главным образом ночевал на Курском вокзале. И вот однажды во время сна в зале вокзала ко мне подошёл агент КГБ и попросил пройти с ним в кабинет. Я ему письменно изложил свою историю. Он прочитал и сказал:

— Даю тебе 24 часа для того, чтобы ты убрался из Москвы!

Я обратился в Сокольнический райвоенкомат, затем в Сокольнический райсовет, и был принят председателем последнего. Я ему объяснил, в каком я нахожусь положении. И он мне выделил жилплощадь в Москве! Я обрадовался, что я теперь москвич, ведь тогда это считалось большой честью. Меня повезли на новую квартиру на улице Крайней¹, 32, кв. 2. Передо мной открывают дверь… Я думаю: «Вот теперь у меня есть квартира». Но не тут-то было… «Квартира» представляла собой комнату не больше 6 кв. метров. Зато оказались добрые соседи: Марфа Васильевна Крылова, её муж, их дочь и сын Валя. Долгое время я спал на полу, пока, наконец, не купил себе железную кровать, стол и стул.

Мне выдали карточку на 600 граммов хлеба, как жителю Москвы. Свою карточку я поменял на столовую. В столовой Московского университета кормили в основном перловой кашей, перловым супом. Чтобы получать какие-то деньги на проживание, осенью я начал подрабатывать в библиотеке: носил книги.

Однажды из МХАТа им. Горького позвонили и спросили, нет ли студентов, нуждающихся в подработке. C ноября 1942 года я устроился рабочим сцены, но не в самом МХАТе, а в его филиале, в переулке Москвина. В театре мне выдали карточку, и я смог кушать в их столовой. Обслуживающему персоналу вечером выдавали по бутерброду, а артистам — по два. Бутерброд состоял из 2 кусков белого хлеба, а между ними была красная, а иногда даже и чёрная икра, ну или кусочки самой дорогой колбасы.

Я обслуживал спектакли «На дне» Максима Горького, «Дядюшкин сон» по Достоевскому, «Мёртвые души». Самым тяжёлым спектаклем для рабочих была «Анна Каренина». В ней было около 20 разных сцен. А у «Школы злословия» Ричарда Бринсли Шеридана первое и четвёртое действие было одинаковое: двигать реквизиты приходилось только 3 раза, так как помогала крутящаяся сцена.

Спектакли часто заканчивались очень поздно, не весь транспорт уже ходил. Домой возвращался так: доезжал от МХАТа до Преображенской площади, а затем шёл пёшком на Крайнюю.

Закончил я работать театре в конце июня 1943 года: 3 июля 1943 года Краснопресненским райвоенкоматом города Москвы я был вновь призван в Красную Армию.

___

1 Сейчас такой улицы в Москве и нет уже. Пытался найти на картах 1912 и 1964 года — не получилось. Странно, надо будет узнать подробнее её судьбу или нет ли ошибки… Зато нашёл прикольные сайты: http://mosday.ru/map/#ll=55.710770,37.539854&z=14&t=mw1964&g=0&p=0&c=3 и http://www.etomesto.ru/.

___

А я летом опять собираюсь в Германию, только теперь не туристом, а по учёбе.

В августе 2 недели там буду науку двигать. Жить буду в городе Билефельд, что между Дюссельдорфом и Ганновером, но если будут интересные предложения по перемещению меня из него на выходные в любую точку Европы, готов их рассмотреть.

Уже несколько лет назад Семён Павлюк в своём обзоре по путеводителям написал следующее:

«Как-то мне показывали фотографии одного товарища, что месяц путешествовал автостопом по Западной Европе. Денег у него почти не было, поэтому он ночевал в палатке за городской чертой, а днем быстренько проходил город насквозь, фотографируя интересные места. Рассматривая его итальянские фотографии, я обратил внимание, что в Венеции у него нет снимков с площади Сан-Марко, а в Милане — нет Миланского собора. Оказалось, что, гуляя по городу, он на эти места так и не вышел. Про их существование заранее он не знал, а путеводителя, который мог бы дать культурный ликбез, под рукой не было.»

Нет, речь сейчас пойдёт не совсем о путеводителях, их тему Семён уже достаточно хорошо раскрыл. Я хочу написать немного о другом. Когда я в первый раз прочитал этот абзац, я удивился несмышлённости описываемого товарища (если таковой реально существует). Я тогда очень мало задумывался над проблемой глубины той информации, что получаю о посещённой стране, но мне сложно было представить, чтобы я допустил подобный промах. Однако вспомнил за собой косяк: находясь в Иерусалиме, я так и не дошёл до храма Гроба Господня. Я, безусловно, знал о его существовании, но в какой-то момент запутался в улочках Старого Города недалеко от него, потом «на минуту» отвлёкся, а в итоге и вообще забыл, что хотел найти.

Путеводители, безусловно, нужны путешественнику, пришли мы к выводу на втором «семинаре на Дебаркадере», в котором я принимал участие по приглашению Семёна, а проходил он в замечательном книжном магазине «Гумбольдт & Гумбольдт» (также можно подписаться на его новости в сообществе dva_humboldta). Я сам очень часто пользуюсь путеводителями Lonely Planet, и они служат мне отправной точкой в планировании многих маршрутов, подключается и интернет с его справочной информацией, отзывами реальных людей; безусловно, важна и импровизация на месте, чтобы неожиданно получить то, что не описано ни в одном путеводителе. Тогда ты будешь чуть ли не единственным свидетелем уникального действа.

Так, например, в 2009-м году во время первой своей поездки в Тибет мы попали в монастырь Цурфу. Этот монастырь находится на удалении от основных туристических маршрутов, почти не посещается европейскими туристами, а китайскими и подавно. Здесь мы стали свидетелями какого-то местного праздника с костюмированным представлением. Что же я написал в блоге после всего этого? Два абзаца текста и поместил одну фотографию. Ещё через год создал на tourbina.ru один фотоальбом, посвящённый посещению этого монастыря, но лишённый почти всяческих подписей. После прочтения этих записей и просмотра этих фотографий у читателя не прибавится ни грамма информации об этом монастыре, упоминания о котором заканчиваются на второй странице русскоязычного поиска Google, из которых половина — ссылки на мои материалы. Хотя это очень значимый монастырь в тибетской иерархии монастырей, достойный того, чтобы немного поднапрячься и собрать воедино материалы о нём. Но я этого не сделал.

Я никогда не читал главу «History» ни в одном LP, которым пользовался. Впрочем, как и много других глав. Странно, я раньше интересовался историей: дедушка закончил закончил истфак МГУ, дома было много книг по истории, в 8-9 классе у меня прекрасно преподавала историю в школе Татьяна Николаевна; я достаточно серьёзно увлекался нумизматикой (пожалуй, об этом стоит написать отдельную запись; в последние годы своего ей увлечения я отнюдь не коллекционировал всё подряд и не впадал в дикий восторг от монеток из какой-нибудь Гамбии), и из специальной литературы узнавал очень много об истории интересовавших меня стран (их было немного, поэтому распыляться не приходилось, и я мог глубоко «въезжать» в тему). Впрочем, несмотря на то, что я буду писать дальше, я считаю, что читать историческую справку в том виде, какая она есть в путеводителях, — всё равно пустая трата времени. Разве что этот краткий обзор читать ещё и по диагонали.

Много позже я задумался о том, что же мне всё-таки нового удаётся узнать из моих поездок. Увидеть что-то своими глазами ещё не означает узнать это место (хотя, это уже большой плюс по сравнению с тем, если совсем не увидеть, как это описано в начальной цитате). Я ностальгировал по поездке по Ближнему Востоку в начале 2009-го года, старался вспоминать какие-то детали из той поездки, чтобы увековечить их на сайте tourbina.ru (по мотивам всей поездки я создал дневник «Ближний Восток — 2009») и пришёл для себя к неутешительному выводу: из многих мест, о которых я помню, у меня нет фотографий, тогда я просто не счёл нужным это фотографировать, а сейчас понимаю, что это место было бы любопытно вновь рассмотреть хотя бы на фотографии, написать о нём подробнее, хотя бы спустя два года. Ведь тогда я плохо записывал в блоге о том, что удалось увидеть, узнать и почувствовать, на несколько дней путешествия у меня приходилась одна запись с десятком фотографий! Опыта было мало, ничего не поделаешь, на чём-то всегда приходится учиться…

Наверное, многие, смотрели фильм «7 лет в Тибете» с Бредом Питтом. Фильм, безусловно, интересный и достойный для просмотра, но, разумеется, одноимённая книга, написанная самим Харрером, в разы интересней. Просто никакой фильм не в состоянии передать его описаний. Именно во время её прочтения у меня родилась идея этой записи (а по итогам её предварительного обсуждения — ещё и интересный проект). Хочу сказать, что после прочтения этой книги, я провёл для себя много интересных параллелей между Тибетом, в котором был Харрер, и в котором был я. Наблюдения, сделанные мной, я обязательно изложу отдельно и жалко, что я не мог их провести раньше.

Но суть в том, что я понял, что все приключения Харрера не состоялись, если бы не огромный багаж знаний, которыми он обладал, изучая те книги по Тибету, имевшиеся у него в наличии. Я понял, что без изучения доступной литературы, невозможно ехать в другую страну со сколь либо серьёзными намерениями. Книги об истории региона, истории реальных путешественников дают огромную пищу для размышлений, собственного анализа и поиска информации на местности. Прочтение чего-то большего чем скупые факты и исторической справки позволяет взглянуть на регион пребывания в разы шире и рассказать о нём в разы интересней! Все мы стоим на плечах гигантов.

Я хочу порекомендовать вашему вниманию тех людей, чьи тексты о путешествиях мне особенно приятно читать из-за того, что подаваемую информацию они тщательно прорабатывают. Это Сергей Бойко (se_boy) с его прекрасными записями про Пакистан и Непал и Александр Лапшин (puerrtto, в представлении не нуждается) . Их подход к описанию посещённых мест, мне очень нравится: есть и история, и личные эмоции, и скупые факты, и неплохие фотографии. В наш век, когда чтению книг уделяется всё меньше времени, труд таких людей, освещающих тему с абсолютно разных сторон, стоит ценить. Именно после прочтения их записей, я постепенно осознал значимость исторической информации в лучшем понимании атмосферы того места, где сейчас находишься.

Я долго искал, в каком же формате мне интересней всего вести ту часть дневника, что касается моих поездок. Несмотря на то, что на мои снимки не противно смотреть, я не известный фотограф и вряд ли стану им; я никогда не напишу о том, бельё в первоклассном отеле должно быть такое, что для полного удовольствия надо спать только голым (я не поддерживаю автора текста в том, что стоит об этом писать в ЖЖ, но он действительно чертовски прав!) и прочие бессмысленные подробности; мне надоело, что мои отчёты о путешествиях состоят из фотографий и скудных подписей в 2-3 строчки, это скучно и таких много, ещё больше откровенно бестолковых. Хочу пропагандировать придуманный мной сейчас термин «интеллектуальный туризм». Расшифрую, что я вкладываю в это понятие.

Во-первых, изучение расширенной исторической справки, постараться насколько возможно вникнуть в происходившие в разные времена исторические процессы. Во-вторых, изучение реальных отчётов известных путешественников, посещавших эти места в различные исторические эпохи, их впечатлений. В-третьих, собственный сравнительный анализ, обращение внимание на то, что же изменилось, насколько собственные впечатления совпадают с описанными ранее.  Мне стало интересно не только какие достопримечательности находятся в том или ином месте, но и почему они там находятся, каковы причины их возникновения. Мне стало интересно видеть историю в лицах в тех местах, в которых я оказываюсь, ведь за всем так или иначе стоят реальные люди с их судьбами.

Разумеется, я сам не собираюсь следовать этим придуманных мною рекомендациям всегда. Я прекрасно понимаю, что если я еду куда-либо, заранее настроив себя на отдых и необременённое интеллектуальной деятельностью существование, я, скорее всего, не буду читать много ни до поездки, ни после. Я посмотрю основные достопримечательности, немного сымпровизирую на месте, попью вечерком пива и буду доволен новым впечатлениям. Но если своей целью ставить именно посильное исследование культуры другой страны, другого народа, то чтение дополнительной литературы как до, так и после поездки более чем желательно.

Надеюсь, мне получится совершенствоваться в более осмысленном подходе к описанию своих поездок по миру. В записях о своих последних поездках я стараюсь это делать. Хочется верить, что мои читатели это замечают, и им интересно. Не всё, что хотел, удалось написать в этой записи, так как итак текст очень длинный получился.

Я не хочу здесь делать исторический экскурс, я всё-таки не историк, хотя я всегда интересовался историей, а мой дедушка был кандидатом исторических наук и закончил истфак МГУ. Я позже постараюсь удовлетворить в первую очередь своё любопытство и как добуду какую-нибудь проверенную информацию, ею с вами поделюсь, там, где будет уместно. Но, наверное, уже после знакомства, так сказать, на местности.

Сирия. Алеппо. Армяне в Сирии живут давно. В христианском квартале Алеппо есть и армянская церковь. Здесь я прямо сейчас могу привести достоверную информацию. Далее корявый авторский перевод начала брошюры для туристов, которую мне дали в церкви (пригодилась ведь).

Кафедральный собор 40 Мучеников в Алеппо посвящён сорока христианским воинам, замученных в Сепасдии (Sepasdia) в 4-м веке, расположен на северо-западе от центрального места в Алеппо — цитадели в историческом районе Salibe .

Оригинальная церковь на этом месте была построена при Католикосе Киликии (Cilicia) Иоанне (Hovhannes) на месте более ранней часовни на средства армянина Аль-Райес Иссы (El-Reyes Issa) в 1499-1501 гг.  Во времена прелатства Хачадора Гаргаретзи (в 1616 г.) на пожертования жителя Алеппо Бедига Челеби (Bedig Cheleby) и под руководством его брата, Саноса Челеби (Sanos Cheleby), собор был построен в его нынешнем виде с тремя алтарями и орнаментными сводами, сохраняя старую часть, построенную Иссой, как свою часть.

С начала 15-го века, собор Сорока Мучеников стал духовным центром епархии.

Для владеющих языком и тех, кто может перевести лучше меня, приведу весь оригинал на английском, я не осилил перевести на нормальный русский.

Cathedral of Saint Forty Martyrs, Aleppo, Syria, dedicated to the 4-th century  forty military Christian men who martyred in Sepasdia, and a central landmark situated in the northwest side of Aleppo`s historical castle in the Salibe district.

The original church, dating back to the Catholicos Hovhannes, Catholicos of the Great House of Cilicia, was constructed on the site of an earlier chapel by the significant contribution of an Armenian inhabitant, El-Reyes Issa in the years 1499-1501. At the days of the prelate Khachadour Gargaretzi (in 1616), with the beneficence of an Armenian inhabitant in Aleppo Bedig Cheleby and with his brother`s supervision, Sanos Cheleby, the Cathedral was built with ith three altars and ornamented arches, to have its current wide form, keeping the old part built by El-Reyes Issa to join the new one.

From the beginning of the 15th century, St. Forty Martyrs Cathedral has been the spirtual national center of the diocese, were Holy Chrism (Meeron) was consecrated by the Catholicos of the Great House of Cilicia in 1849 and 1923, as well as other consecrating ceremonies. However, in 1733 the Cathedra (the Bishop`s throne) was established, whereas the baptismal basin was erected in 1888.

The erection of the steeple was started in 1912 and completed after the Armenian Genocide in 1929 with its dome, recently renovated in 2005. Beginning about the second half of the 20th century; the Cathedral was frequently restored with stony altars, sacred communion tables, icons and sacrophagi, which were found in the first Armenian cemetry. In 1989, in the memory of the victims of the Armenian Genocide, a memorial was realized.

In 1991, St. Holy Virgin`s Church, in the same yard, was converted to a museum, renamed Zarehian, which contains ecclesiastical, historical and sacred treasures.

St. Forty Martyrs Cathedral continues its historical mission as the living Armenian testimony of the Christian faith.

Рождественский вертеп.

Израиль. Иеруаслим. Армянский квартал в Старом городе Иерусалима существует многие века. Обязателен к посещению наравне с остальными.

Иран. Kelisa-ye Bethlehem, Исфахан и мужчина с «русскими корнями», встреченный недалеко от армянского квартала, но, мне кажется, в нём есть какие-то черты армянина. Если я не прав, поправьте, пожалуйста.

Турция. На территории современной Турции, безусловно, находится огромное количество памятников армянской истории и культуры. Экспедиция по Восточной Анатолии (озеро Ван, г. Арарат, Карс и другие места) только планируется, пока на этот март.  Буду держать в курсе. Надеюсь, всё получится, и получится достойное логическое продолжение поездки в Армению.

Может быть вы знаете, какая первая страна придумала, чтобы перед поездкой в неё, иностранный гражданин должен прийти и получить в посольстве или консульстве (эти-то вроде давно появились) въездную визу? Когда и где это случилось? Когда появилась первая выездная виза? Что появилось раньше, загранпаспорт в привычном нам его понимании или визы? Как эволюционировали требования для получения виз?

Давайте эту тему как-нибудь тут раскроем, а? Есть у кого какие-нибудь тайные знания? Какие ещё вопросы из истории виз интересуют путешественников?

Из дедушкиных воспоминаний.

… Недалеко от Варшавы находился 133 Барановинский истребительный полк, входивший в состав 1-го белорусского фронта. Он и стал местом моей военной службы до конца демобилизации в ноябре 1945 года. В его составе я принимал участие в освобождении Варшавы 17 января 1945 года. В составе же этого полка я принимал участие во взятии Берлина 2 мая 1945 года и позже был награждён медалью «За взятие Берлина».

В это время наша авиация намного превосходила авиацию противника. Не просто превосходила — она полностью господствовала в воздухе. В нашем полку за всё время наступления ни один истребитель не был сбит и ни один лётчик истребительного полка не погиб. Вспоминается только один единственный трагический случай, он произошёл на аэродроме близ Варшавы. На одной стороне нашего аэродрома стояли самолёты истребительной авиации Як-6 (нашего полка), а на другой стороне находились самолёты штурмовой авиации — Илы. Это были грозные машины. Приземлялись Яки и Илы на одной аэродромной площадке. Один раз Ил, приземляясь, задел крылом наш Як-6. В кабине самолета находился механик. Самолёт взорвался, механик сгорел заживо, не успев выпрыгнуть из кабины.

Во время Берлинской операции наш полк располагался в Вильмерсдорфе, находившемся в 7–8 километрах от Берлина. После взятия Берлина наш полк был размещён в Пренцлау. Это небольшой уютный городок с аллеями фруктовых деревьев. Во время войны в нём находилась ставка Германа Геринга, начальника военно-воздушных сил фашистов, рейхсмаршала и президента рейхстага. В Пренцлау размещались стационарные казармы, стационарный аэродром, ангары и пр.

Находясь в Пренцлау, я посетил Берлин, другие немецкие города к северу от Берлина, знакомился с Германией. А поскольку я немножко знал немецкий язык, это облегчало общение с немцами, узнавать, давало возможность узнавать  их взгляды и настроения. Иногда даже приходилось служить в качестве переводчика для наших военных.

Во время службы в 133 авиаполку я был награждён медалью “За отвагу”. …

Из Германии дедушка привёз много старых открыток. Ещё у него был фотоаппарат, поэтому некоторые фотографии он сделал сам. Вот таким Рейхстаг был до Второй мировой войны.

Таким Рейхстаг стал в 1945-м.

В отличие от многих русских солдат, дедушка не стал оставлять своего автографа на стенах Рейхстага.

Когда я был в январе этого года в Берлине, я очень хотел увидеть остатки тех надписей, некоторые из которых, быть может, были сделаны дедушкиными сослуживцами. К сожалению, доступ к тому участку Рейхстага, где эти надписи сохранились, широкой публике закрыт.

Такой Рейхстаг сейчас.

С Победой!

]]> http://boris.thinks.ru/blog/2010/05/09/9may2010/feed/ 1